Рассказ истории с помощью свидетеля: допрос свидетеля пригласившей его стороной

Мы должны убедить клиента в том, что у него есть разрешение — не только наше, но и судьи и присяжных — оставаться тем, кто он есть. Я говорю не о слезливой сентиментальности, а о том, что нужно быть живым человеком, у которого есть чувства, который плачет и даже выражает гнев, когда это нужно. Живой человек может улыбнуться сквозь слезы. На самом деле это правильно, это необходимо, чтобы мы были такими, какие есть на самом деле, в зале суда.

Подготовка свидетеля к перекрестному допросу.

Перспектива быть вызванным на перекрестный допрос пугает, и ничто не защищает свидетеля от страха лучше, чем подготовка.

Свидетель, дающий показания, становится мишенью. Он во многом напоминает солдата на передовой. Если оппонент может уничтожить его, это приближает наше поражение в войне. Мы все еще являемся варварами, только воюем не мечами, а словами. Зал суда превращается в арену сражения. Но если понять природу судебного процесса, можно подготовить себя и свидетеля к выживанию и победе.

Вот что надо сказать Ширли или даже опытному эксперту: «Вы будете давать показания. Как известно, оппонент постарается так или иначе опровергнуть ваши показания». (Прежде чем закончить подготовку, мы подвергнем свидетеля собственному перекрестному допросу.) Далее можно продолжить: «Когда на нас нападают, нам, естественно, становится страшно. Когда мы боимся, то иногда ведем себя враждебно. Нам хочется дать сдачи. Мы боремся. Злость — естественное состояние человека».

«Если прокурор Джонс вас разозлит, он выиграл схватку. Запомните три „В“ хорошего свидетеля: вежливость, выдержка и внимание к окружающим. Чем раздражительнее он становится, чем больше злится, тем ближе ваша победа и тем вежливее, выдержаннее и внимательнее к нему вы становитесь. Злость в зале суда — кровь на поле битвы. Мне нужно, чтобы текла их кровь, а не наша».

Затем могу добавить: «Теперь поговорим о реалиях судебного процесса. Хотя последствия его значительны, я еще ни разу не потерял ни одного свидетеля. На свидетельском месте никто не умирал. В конце концов, нам нечего бояться, и поэтому у нас нет причин реагировать на свой страх. Единственное, чего нам нужно бояться, — это мы сами, но пока мы помним три „В“ и говорим только правду, мы приближаемся к победе».

Я говорю клиенту, что можно говорить «не знаю», если он чего-то не знает. Я объясняю, что не нужно делать предположения и добавлять то, что является лишним для полного и честного ответа. «Если ошибетесь, просто скажите, что ошиблись. Правда всегда безопаснее, даже если она причиняет боль. Не бойтесь перекрестного допроса. Я буду рядом, чтобы защитить вас от любого неуместного вопроса. И еще одна очень важная деталь. Будьте абсолютно искренни с ведущими допрос, относитесь к ним с таким же дружелюбием, с каким относитесь ко мне. Не забывайте про три „В“».

Пренебрежение последним советом в зале суда означает самоубийство. Я называю это «синдромом моей команды», то есть, если вы в моей команде, я буду добрым, великодушным и вежливым — всегда вежливым. В противном же случае я превращусь в свирепого бойца и стану биться с вами за каждое слово. Мне не нужно, чтобы мой клиент или свидетели приобрели «синдром моей команды».

Можно легко увидеть, в чем он проявляется. Мы проводим допрос свидетеля выставившей стороной без малейших осложнений, рассказываем свою историю и доводим до присяжных свою точку зрения. Все выглядит очень благополучно. Между нами и свидетелем царит полное взаимопонимание, мы обмениваемся улыбками и испытываем братскую любовь друг к другу. Затем для ведения перекрестного допроса вскакивает адвокат противной стороны, и все меняется. Я признаю, что трудно соблюдать хорошие манеры и оставаться вежливым, когда перед вашим лицом угрожающе выставляют длинный, костлявый палец. Поневоле станешь раздражительным. В этом случае слишком часто лицо свидетеля застывает, голос понижается на пару октав, и он становится злобным, как цепной кобель. Кажется даже, что у него шерсть встает дыбом. Он готов драться. Остается только оскалить зубы — а я видел и таких свидетелей. Ужасное зрелище — наблюдать, как наш милый, добродушный свидетель на глазах преображается в бойцовую собаку. Первый вопрос адвоката, проводящего допрос, встречается в штыки, ответ звучит с плохо скрытым раздражением, и наш свидетель начинает вздорить из-за каждого слова. Судебную войну можно проиграть здесь и теперь.

Перейти на страницу: 2 3 4 5 6 7 8 9 10 11