Знакомство с лицами, принимающими решение

Шаг третий.

Делимся нашими чувствами с лицами, принимающими решения. Теперь мы готовы начать опрос кандидатов в присяжные или презентацию совету управляющих и руководству или просто высказать свои чувства.

Давайте продолжим рассматривать расовый вопрос. Мы боимся, что, поскольку наш клиент негр, ему не поверят. А что насчет нашего собственного расизма? Вот как я начал бы опрос: «Господа, я представляю сидящего здесь Джонни Джонса. Должен вам признаться: боюсь, что предвзято отношусь к черным». В этом месте нужно сделать паузу, чтобы до присутствующих дошел ужасный смысл правдивого признания. Промолчит даже прокурор — не следует вносить возражение, когда адвокат сознается в пристрастности.

Я продолжу: «Мне не нравится моя предвзятость. Даже не понимаю, откуда она появилась. Я стыжусь своих предрассудков и стараюсь их преодолеть. Но они могут возвратиться в любой момент, когда их не ждешь. Я хорошо это понимаю и стараюсь следить за собой, но иногда это не удается». Я имел смелость показать присяжным свои отличия. Пора им показать мне свои.

Шаг четвертый.

Приглашаем присяжных поделиться своими чувствами. Продолжая тему расизма, я посмотрю на кандидатов и скажу: «Наверное, я в этом не одинок». Никто не откликнется. «Я действительно единственный, кто так думает?» — спрошу я. На моем лице отразится чувство одиночества. Затем я увижу, как одна из присяжных чуть кивнет и боязливо поднимет руку. Я повернусь к ней. «Миссис Смит, — скажу с искренним облегчением, — я очень рад, что не мне одному приходится бороться с этой проблемой. Это признание потребовало от вас большой смелости. Вы не могли бы разъяснить свои чувства по этому поводу?» «Ну, наверное, у всех есть свои предубеждения», — с еще большей прямотой произнесет приободрившаяся миссис Смит. «Благодарю вас, миссис Смит. Скажите, пожалуйста, как вы относитесь к черным вообще?» — «Возможно, немного боюсь их. Не знаю…»

Ее ответ заставит меня обратиться к остальным кандидатам: «Кто-нибудь из вас испытывает подобные чувства?»

Лед тронется. Кандидаты в присяжные поймут, что можно говорить честно и открыто, начнется обсуждение.

Нам встретятся люди, отрицающие наличие любых предубеждений. Что делать с такими? Хотя некоторые действительно могут не иметь предвзятых мнений, мой опыт подсказывает, что те, кто заявляет об отсутствии предубеждений, не сверяются со своими чувствами или настолько напуганы политкорректностью, что боятся признаться в малейшей предубежденности. Это могут быть чрезмерно самоуверенные или просто лживые люди. В конце концов, мне нужны те, кто способен чувствовать и достаточно честен, чтобы эти чувства раскрыть. Я могу им доверять, а поскольку я открылся перед ними, они могут доверять мне. Мы вместе участвуем в этом деле.

Я могу попросить кандидата в присяжные рассказать, как он относится к ответу другого кандидата. Например: «Мистер Пибоди сказал, что он думает, будто черные более склонны к преступлениям, чем белые. Вы с этим согласны?» Когда кандидат ответит утвердительно: «Это меня пугает», я спрошу: «Может быть, вы сейчас считаете, что мой клиент, Джонни, виновен?»

Разумеется, Пибоди хочет казаться справедливым человеком. «Я не буду выражать свое мнение до того, как услышу все доказательства», — ответит он.

Но я могу спросить: «Как Джонни может рассчитывать на справедливый суд, если мы подозреваем, что он виноват, из-за цвета его кожи?» Мы говорим о презумпции невиновности и, когда приходит время отбирать присяжных, выбираем тех, кто признался в некоторой предвзятости. Самые опасные люди на земле — самодовольные ничтожества, так долго нянчившие свои предубеждения, что они стали частью их души.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7 8 9