Сила страха — своего и окружающих

Подготовка ума к войне.

Сбор на битву похож на подготовку страны к войне. Для победы требуется многое, но основное — состояние души, с которым мы идем в сражения. Мы слышим, как лидеры страны утверждают, что наше дело правое. Противник — это мерзкое животное, и безопасность нации (и всего мира) зависит от нашей победы. Обе стороны делают зеркально похожие заявления. «Мы не боимся, — произносит Рузвельт с царственных высот. — Нам нечего бояться, кроме собственного страха. Бог на нашей стороне — Бог, справедливость, основания, честь, права человека — все на нашей стороне. Противник не может привести ни одного честного довода. Мы победим, потому что правы, а сила всегда на стороне правых».

Но нам страшно.

Участвовать в войне — в любой: в мире, дома, на работе или в зале суда — опасно, потому что цель всех войн заключается в изменении существующего положения вещей, а сильный будет противиться этому до конца. В гражданских судах опасно требовать выплат корпорацией компенсации за преступную небрежность, потому что бросаешь вызов миллиардодолларовому могуществу с тысячами служащих, армией юристов и корпусом экспертов. Мы можем потерпеть поражение, а затраты в такой войне, выраженные временем, деньгами и человеческими ресурсами, крайне высоки. Более того, если мы проиграем эту битву, наше самое ценное достояние — репутация — может быть безвозвратно потеряно, а жизнь клиента окажется сломанной под грузом разочарований и опустошительной нужды.

Если мы работаем в корпорации, всегда опасно противоречить руководству. Оно не любит людей — оно любит деньги, и у него нет живого сердца — оно омертвело и позеленело в тон долларам. Люди, входящие в руководство, тоже боятся. Они боятся потерять власть в подковерной борьбе. Справедливость — пустой звук, как и понятие «законность». Рабочие — просто винтики, которые легко заменить другими винтиками. Те, кто обладает властью, ощущают ее всеми фибрами души. Именно власть управляет бизнесом и побеждает конкурентов как внутри организации, так и вне ее. Власть толкает вверх по служебной лестнице (откуда человек в конце концов падает). Короче говоря, власть прекрасна, роскошна и чудесна (и чрезвычайно возбуждающа), поэтому те, кто ею обладает, не хотят ни терять ее, ни делиться, ни рисковать ею.

Однако власть — хрупкая вещь. Ее можно победить опасными идеями, например, утверждениями, что следует больше заботиться о людях, чем о деньгах, что власть должна руководствоваться интересами общества, а не одними прибылями, что благосостояние людей важнее, чем цифры в отчетах о прибылях и убытках. Такие идеи могут стоить прибыли, а поскольку в нашем обществе абсолютная власть принадлежит деньгам и справедливость часто исчисляется в долларах, паническая хватка власти может ослабнуть только в исключительных обстоятельствах: скорее всего если небольшое количество денег в конце концов принесет организации большую прибыль.

Выпрашивание у властной структуры денег, просьбы об изменениях в политике, требующих финансовых затрат, об официальном признании, которое может привести к денежным расходам, или (да!) о справедливости, выражаемой в деньгах, — все это рискованные предприятия, потому что тех, кто поддерживает такие изменения, рассматривают как угрозу власти, то есть как ее врагов. Они рискуют работой, признанием со стороны властной структуры и своей репутацией достойных членов этой организации (не говоря уже об обещанных приглашениях в местный кантри-клуб). В конце концов, мы так или иначе боимся конфронтации с властью.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6