МЕЖДУНАРОДНОЕ МОРСКОЕ ПРАВО

♦ особые льготы и привилегии – освобождение военных кораблей во время пребывания в иностранных водах от таможенного и санитарного осмотра, уплаты налогов и сборов.

Конвенция допускает возможность вмешательства военных кораблей в деятельность иностранных невоенных судов, если это вмешательство основано на международных соглашениях. Так, военный корабль может подвергнуть осмотру торговое судно, если есть основания подозревать, что это судно занимается пиратством. Согласно ст. 100 Конвенции, государства взяли на себя обязательство содействовать в полной мере пресечению пиратства.

Пиратство

– это преступление, совершенное как:

а) любой неправомерный акт насилия, задержания или грабежа, совершенный с личными целями экипажем частновладельческого судна и направленный против другого судна или против лиц и имущества, находящихся на нем;

б) любой акт добровольного участия в использовании какого-либо судна, совершенный со знанием того факта, что судно является пиратским;

в) любое подстрекательство или сознательное содействие пиратству (ст. 101).

Военный корабль или воздушное судно вправе захватить в открытом море пиратское судно или пиратский летательный аппарат, арестовать находящихся на них лиц и захватить имущество; наложение взыскания и мер наказания входит в компетенцию того государства, суда которого захватили пиратов (ст. 105). Нионское соглашение (1937) признало пиратскими действия военных кораблей и подводных лодок, если эти действия противоречили самым элементарным требованиям гуманности. Кроме того, согласно ст. 99 Конвенции ООН по морскому праву, каждое государство обязано принимать эффективные меры против перевозки рабов, включающие осмотр иностранного торгового судна, проверку права судна на его флаг.

Изъятие из принципа юрисдикции государства флага допускается при преследовании судна в открытом море.

Порядок преследования регламентируется ст. 111, согласно которой судно, совершившее правонарушение в иностранных внутренних водах, территориальном море, прилежащей или экономической зоне, может подвергнуться преследованию. Право преследования основано на концепции «преследования по горячим следам», т. е. если компетентные органы прибрежного государства имеют достаточные основания считать, что судно нарушило законы, касающиеся режима внутренних или территориальных вод, экономических или прилежащих зон. Оно должно начаться в той зоне, режим которой нарушен, непрерывно продолжаться и быть эффективным; преследование должно прекратиться, как только судно зайдет в свои территориальные воды или в воды третьего государства. К преследующему судну применяются нормы национального законодательства.

От преследования необходимо отличать слежение

(наблюдение). Главное отличие состоит в том, что при слежении военный корабль одного государства взаимодействует с военным кораблем другого государства как равный с равным. Преследование же всегда связано с осуществлением какой-либо власти. Слежение можно рассматривать как обычную повседневную деятельность военных кораблей. Поэтому нет специальных конвенционных норм международного морского права, которые регламентировали бы слежение. Однако некоторые вопросы слежения могут явиться предметом двусторонних соглашений. Так, по Соглашению с США о предотвращении инцидентов в открытом море и в воздушном пространстве над ним (1972) устанавливается, что корабли, ведущие наблюдение за кораблями другой стороны, не должны мешать их действиям или создавать опасность кораблям, за которыми ведется наблюдение (ст. Ill, п. 4). Подобные соглашения заключены нашей страной и с другими государствами.

И наконец, изъятие из принципа юрисдикции государства флага допускается при пресечении несанкционированного вещания. При возникновении подозрений в том, что судно занимается несанкционированным вещанием, военный корабль может произвести проверку прав судна на его флаг и затем, если подозрения окажутся обоснованными, пресечь такую деятельность (ст. 109).

Конвенция ООН по морскому праву закрепляет право внутриконтинентальных стран на доступ к морю. Согласно ст. 125, государства, не имеющие выхода к морю, имеют право на доступ к морю и от него в целях осуществления прав, предусмотренных в Конвенции, в том числе, относящихся к свободе открытого моря и общему наследию человечества. Для реализации этих прав внутриконтинентальные страны пользуются свободой транзита через территории государств транзита всеми транспортными средствами (ст. 124–132).

Конвенция ООН по морскому праву регулирует режим морского дна в пределах континентального шельфа.

Континентальный шельф

прибрежного государства – это морское дно и недра подводных районов, простирающихся за пределы территориальных вод прибрежного государства на расстоянии 200 миль от исходных линий, от которых отмеряется ширина территориальных вод (Конвенция ООН по морскому праву, ст. 76).

Прибрежные государства обладают суверенными правами в целях разведки и разработки природных ресурсов континентального шельфа. Эти права являются исключительными: если прибрежное государство не осваивает континентальный шельф, то другое государство не может этого делать без его согласия (ст. 77). Следовательно, суверенные права прибрежного государства на континентальный шельф уже суверенитета государств на территориальные воды и их недра, являющиеся частью государственной территории.

Перейти на страницу: 1 2 3 4 5 6 7 8 9